О чем вы думаете в первую очередь, когда слышите само это слово – «очередь»? Скорее всего, вы вспоминаете старые фото из СССР, где уставшие и переминающиеся с ноги на ногу покорные советские граждане в ярких спортивных костюмах или роскошных меховых шапках несут свой тяжелый крест ожидания.
Почти у всех очередь ассоциируется с другими культовыми символами СССР: авоськой, дефицитом и, особенно, с «девяностыми». Но если как следует присмотреться к исторической хронике, можно заметить, что очереди в Советском Союзе были всегда – и при «политике перестройки», и в период 1960-80-х годов.
Очередь за молочной продукцией в позднем Советском Союзе.
Уверенность в том, что при Брежневе все было в порядке, а потом резко испортилось, связана с тем, что в какие-то годы в крупных городах Советского Союза существование очередей было выражено не так явно.
Чтобы раз и навсегда развенчать миф об отсутствии длинных очередей в середине прошлого века, достаточно посмотреть картину 1960-го года «Новоселье» с участием Олега Попова. В ней как раз подробно раскрывается тема массового скопления людей за товарами общего потребления. Но почему вообще возникла ситуация, когда населению Советского Союза не хватало то одних, то других товаров?
Кадр из кинофильма «Новоселье», 1960 год, реж. Марк Местечкин, Леонид Пекур.
Основная проблема заключалась в неадекватном экономическом планировании. Отсутствие свободного рынка, конкуренции и упор на плановую экономику, при которой относительно стабильно функционировал только военно-промышленный комплекс, а все остальные товары – продукты, бытовая химия, обувь, одежда, косметика и техника – производились либо в слишком большом, либо в слишком малом количестве, не говоря уже о качестве выпускаемой продукции или, как ее презрительно прозвали покупатели, «ширпотреба».
У промышленников не было стимула выпускать качественный товар, разрабатывать новые модели и бороться за покупателя: в закрытой экономической системе все и так раскупалось в считанные минуты. Поэтому в существовании постоянных очередей была виновата советская система производства и реализации товаров, отчего страдали простые граждане.
Очередь в вещевой отдел ГУМа в середине 1970-х годов.
К тому же, в СССР была крайне неэффективно организована розничная торговля. Вместо супермаркетов и гипермаркетов с привычными свободными кассами покупателям нужно было сначала отстоять свою очередь в колбасный, молочный или овощной отдел, а потом – еще одну «общую очередь» на кассу, где отдельно продавались спички, суповые концентраты и другие необходимые для нормального существования товары.
С другой стороны, жители СССР с их менталитетом, сами нередко провоцировали появление длиннющих очередей: заметив выстроившихся друг за другом покупателей, заинтересованные прохожие тут же занимали место за последним из них, часто даже не интересуясь, что дают. Раз очередь, значит, что-то дефицитное, а значит, непременно нужное. И часто товарами первой необходимости в СССР была совсем не еда.
Иногда в очередях стояли целыми семьями или дежурили, сменяя друг друга.
Больше, чем за хорошим кофе, колбасой, бананами, икрой или шоколадными конфетами, стояли разве что за чрезвычайно дефицитной обувью и одеждой. Советский человек оказывался в ситуации, когда в обувном магазине можно было найти только одну модель женских туфель или несколько мужских сапог, но только 45 размера. За хорошей одеждой и более-менее качественной обувью из Белоруссии или Венгрии всегда выстраивались очереди, причем в 1980-е в таких очередях часто стояли ночами, сменяя друг друга.
Выносливые советские дамы выдерживали по несколько часов в очередях за прибалтийскими шампунями, пеной для ванн, помадами и парфюмерией. В стране, где научились делать ракеты и ядерные бункеры, так и не смогли наладить выпуск туалетной бумаги, за которой тоже выстраивались бесконечные очереди, и которую всегда покупали впрок – предугадать поступление следующей партии бумаги в продажу было невозможно.
Опустевшие полки в отделе хозтоваров.
На закате советского строя, в позднем СССР, когда в силу вступил «сухой закон» Горбачева, страна выстроилась в километровые очереди в вино-водочные отделы. Тогда алкоголь продавали только в строго определенное время и в ограниченных количествах, поэтому дело нередко доходило до драк. Хорошие импортные сигареты в СССР тоже считались жутким дефицитом, но даже за табачными изделиями сносного качества – «Космосом», «Астрой» или «Примой» – тоже приходилось пострадать в очереди.
Ну, а чтобы разжиться мебелью, автомобилем или жильем, нужно было вставать в особую – долгосрочную очередь. Покупателя вносили в список, по которому продвинуться вверх по очереди можно было только при наличии соответствующих льгот. Периодически в таких очередях проводили «переклички», и если участник «длинной очереди» случайно ее пропускал, его вычеркивали. Но даже в этом случае до заветной машины или квартиры доживали не все: слишком много было желающих.
Как правило, в очередях за алкоголем женщины появлялись редко.
Находиться в порочной для советского человека капиталистической системе, в конце-концов, оказалось намного комфортнее, чем в многочасовой очереди на морозе. Сегодня, в эпоху конкуренции и свободного рынка, тоже можно застрять в очереди. Но она, конечно, ни за что не сравнится с теми столпотворениями, которые можно было встретить еще каких-то 20-30 лет назад.